Название: Генезис науки. Проблема социокультурных истоков.(Волков М.П.)

Жанр: Гуманитарный

Просмотров: 1221


Введение

 

Высказанный в форме откровенного эпатажа и внешне не согласующийся с реалиями конца XX века, демонстрирующего поражающие воображение успехи естественных и технических наук, тезис  К.  Леви-Строса  «Двадцать  первый  век  будет  веком гуманитарных наук или его не будет» выражает суть глубинных трансформаций, совершающихся в современной культуре и затрагивающих проблемы природы науки и ее статуса в социуме.

Процессы, происходящие в духовном       климате техногенной цивилизации    и связанные с поиском   иных оснований цивилизационного развития, втягивают в орбиту своего действия и научное познание, сказываясь на изменении образа науки. Модель науки как ценностно нейтральной системы объективного знания, своеобразного  идеального  дубля  реальности,  очищенного  от элементов субъективности, уходит в прошлое. Представление о науке как сфере активности человеческого разума, не имеющей пределов и границ и в силу этого выступающей единственным фундаментом социального    прогресса,   сменяется    ставшим естественным и для научного сообщества скепсисом в отношении ее способностей быть универсальным средством решения проблем бытия человека. Отмеченная черта образа науки складывается под воздействием,   во- первых,        внутренней      логики        научной рациональности, на определенной ступени эволюции задающей границы самой себе; во- вторых, тенденций развития современной научно-технологической революции, обеспечивающей возможность движения по нескольким векторам и побуждающей в ситуациях цивилизационного выбора обращаться к таким нерациональным формам знания, как нравственный опыт и нравственная интуиция человека; в-третьих, изменения философско-методологической парадигмы осмысления науки, эволюционирующей в сторону признания социокультурной обусловленности научного познания: в этом случае социокультурные факторы образуют неустранимую компоненту научного исследования, а социокультурный    пейзаж через философию, мировоззрение, этические и эстетические принципы, картину мира, идеалы и нормы научного      исследования       оказывает       влияние      на      характер

познавательного процесса, его форму, стилевые характеристики.1

 

1   Из  наиболее  значительных  работ,  выполненных  в  русле  данной  традиции,

следует выделить следующие: Идеалы и нормы научного исследования. Минск,

1981; Социальная детерминация познания: Тез. докл. науч. конф. Тарту, 1982;

Изменение  образа  науки  выражается  также  в  отказе  от истолкования ее как четко отграниченной от вне- и ненаучных форм познания,   противостоящей им как принципиально нерационализируемым1.  Современные  представления  о  науке строятся на включении элементов мифа, религии, искусства, морали в структуру рационалистического способа познания.

Кризис позитивистской методологии науки, для которой такие феномены, как научная рациональность, научная истина, научный метод предстают вечными сущностями, привел к осознанию их локальности, соотнесенности с эмпирической историей науки, ее социокультурным   контекстом.  Признание   неустранимости метафизики из познавательного процесса и повышенный интерес к проблеме        социокультурного окружения научного познания в постпозитивизме  являются  весомым  аргументом       в  пользу утверждения  о  «социологическом  повороте»  в  современной философии науки.

Разработка    проблемы    социокультурной    обусловленности развития науки отводит некогнитивным        факторам роль не дополнительных, но именно сущностных детерминант научного мышления. Тем самым речь идет о такой социологии науки, которая

«оказывается не социологическим анализом нейтрального к этому анализу объекта, а анализом данного объекта как в принципе социологической  сущности»2. В  рамках  современных социологических трактовок развития науки, восходящих к идеям Маркса, Вебера и Дюркгейма, наука постигается как социальная подсистема, несущая на себе печать всего общества, постигается не философско-эпистемологическим, а социологическим анализом.

В горизонте этих методологических установок одна из наиболее радикальных мутаций     в     истории     человеческого духа — корперниканская    революция    предстает    явлением    не

 

Социальная природа познания: Тез. докл. науч. конф. Тарту, 1985; Наука и культура. М., 1985; Научные революции в динамике культуры. Минск, 1987;

Мамчур   Е.А.  Проблемы   социокультурной   детерминации   научного   знания.  К

дискуссиям в современной постпозитивистской философии науки. М., 1987;

Степин  B.C. Философская антропология и  философия науки. М., 1992; Степин B.C., Кузнецова Л.Ф. Научная картина мира в культуре техногенной цивилизации. М., 1994; Наука в культуре. М., 1998 и др.

В контексте сказанного появление работы «Заблуждающийся разум? Многообразие вненаучного знания» М., 1990 оказывается явлением знаковым и для  современной  российской  философии,  отыскивающей  новые  ориентиры.  2

Границы   науки:  о   возможности   альтернативных   моделей   познания.  Научно-

аналитический обзор. М., 1991. С.9.

интеллектуального     ряда,     а  феноменом     мировоззренческим, уходящим корнями в социокультурный контекст эпохи Реформации. Аристотелевско-птолемеевский  образ  мира  как  замкнутого прекрасного и гармоничного Космоса с неподвижной Землей в центре с закатом средневековья подвергается эрозии. Человек, ввергнутый в пучину социальных потрясений, испытывает ощущение бренности и обреченности на гибель всего мира, с предельной заостренностью зафиксированное поэзией XVII века. Дж. Донн красками Апокалипсиса рисует картину разрушения социального уклада:

 

Мы созерцаем бедствий страшный час:

Второй потоп обрушился на нас!.. И

все добро исчезло во вселенной.

 

Трагическое мироощущение эпохи барокко, с одной стороны, разрушало веру в традиционный космический порядок, поскольку последний мыслился       неразрывно          связанным с порядком социальным, этическим, а с другой - подрывало доверие к здравому смыслу, поскольку он оказался бессильным удержать человека от безумств и распрей постреформационной Европы. Рациональное мышление начала Нового времени, порвав с обыденным сознанием средневековья, пережив искушение скептицизмом, охватившим европейскую культуру XVI-XVII в. в. (Все рушится, и связь времен пропала //Все относительным отныне стало. - Дж. Донн), становится почвой принятия коперниканских идей не просто в качестве научной теории, но в качестве мировоззрения.

Именно разум в эпоху неспособности чувственной природы, здравого смысла уберечь человека от впадения в стихию безумия, разыгравшегося в европейской социальной жизни XVI-XVII в. в., становится высшей нравственной ценностью. Опора на собственный разум давала человеку возможность вставать в оппозицию мнению большинства, сколь бы ни были велики его претензии на истину, и дерзко заявлять, подобно Лютеру: «На том стою, иначе не могу».

Система Коперника и явилась итогом трансформации социокультурного   мира    человека,   в   которой   оказались сплавленными  кризис  позиции  ценностного  приятия действительности (аристотелизм) и расцвет позиции ценностного неприятия  эмпирической  достоверности  (платонизм). Последний, лишая естественного человека титула «венца-творения», видит в нем лишь «земное сырье», исходный материал для преображения с

помощью духовной работы. «Земля начинает восприниматься как символ неразумной «ветхой» жизни, а Солнце - как олицетворение новой разумной жизни, «vita nuova», как символ высших духовных ценностей - благородства, разумности, самоотдачи»1. Новый духовный опыт         человека        постреформационной        Европы,  пронизанный духовным гелиоцентризмом - образ Солнца символизирует Единое, начало всего бытия, его просветленность -создал необходимую ценностную почву для принятия идеи гелиоцентризма физического.

Социокультурная обусловленность познания, обнаруживаемая на стадии   формирования   естествознания   Нового   времени,  с   особой силой проявляет себя на стадии генезиса науки в силу синкретизма сознания, невычленности собственно научных проблем из структуры мышления.    Будучи  притягательной  в  силу  особенностей человеческого  духа,  который  проявляет  устойчивый  интерес  к проблеме истоков всякой социально значимой сферы человеческой жизнедеятельности, проблема генезиса науки приобретает особую популярность в переломные, кризисные эпохи истории - отнесение к последним современной цивилизации не нуждается в особых доказательствах. В такие эпохи сознание устремляется к исходному пункту своего развития, чтобы понять логику развития и увидеть перспективу     дальнейшей     эволюции.     Постижение     науки     как

социального  феномена  позволяет  понять  особенности  ее  статуса  в

разных    социокультурных    системах    и    уяснить    направленность

возможных    трансформаций    в    ближайшем    будущем,   диктуемых

структурой современной культуры и соперничеством науки с другими

ее подсистемами.

Обращение     к          проблеме        социокультурной       обусловленности

генезиса   науки   заставляет   прибегать   к   сравнительному   анализу

историко-культурного материала античности и ее соседей во времени

и   пространстве.   Обращение   к   сравнению   позволяет   нарисовать

объемную    и    красочную    картину   влияния   на   познание   разных

социокультурных факторов, относящихся к разным типам культур. При

этом    автор    оценивает    социокультурные    феномены    греческой,

египетской,    вавилонской,    китайской    культур    как    равноценные,

функционально  укорененные  в  образе  жизни  общества;  феномены

одной культуры являются в сравнении с феноменами другой «иными»,

но   отнюдь   не   «недоразвитыми»   или   «варварскими».   Выявление

несходства принципов организации

 

1 Коперниканская революция: социокультурные истоки. Научно-аналитический обзор. М, 1991. С.29.

социокультурной жизни сравниваемых цивилизации и культур позволяет  оттенить  особенности  складывания  системы неповторимых условий для возникновения научно- рационалистического способа познания.

Требование    строгости       задавания       объекта           исследования как

неотъемлемая  сторона  научно-рационалистической  парадигмы требует обращения данного подхода и на саму науку: под наукой мы будем понимать способ познания, призванный обеспечивать человека и общество эффективными средствами ассимиляции природы в процессе практического взаимодействия с ней и формами самоорганизации, позволяющими раскрывать человеческое начало в человеке. В отличие от преднауки, которая оперирует предметами, непосредственно вплетенными в наличный опыт человека и преобразуемыми в актуально данных видах практического действия, научное  познание  реализуется  безотносительно  к  наличным  - способам практического овладения человеком предметным миром. Идеализации науки не привязаны жестко к наличному производственному или социокультурному опыту, не вплетены в предметные  отношения  сложившейся  практики.  Это  позволяет строить схемы возможных состояний объектных отношений, конструировать идеальные миры как        основу принципиально осуществимых в будущем форм практики. В рамках науки возникает особая  форма  знания  - теория, обеспечивающая  возможность получать знания о предметном мире как логические следствия из исходных основоположений.

Возникновение науки осуществимо в особом типе цивилизации, в

котором наличный социальный, производственный, технологический, культурный опыт не консервируется, но постоянно обновляется, в котором культивируется отношение к наличному как одному из вариантов потенциально осуществимого. Такой тип цивилизации сложился в античной Греции.

Автор  ставит  целью  своего  исследования  выделить  формы  и

способы          воздействия   социокультурного   пейзажа   античности   на становление        научно-рационалистического       строя       мышления, рассмотреть механизм социокультурной обусловленности генезиса науки. При этом автор, включая в социокультурный пейзаж

античности    такие     феномены,     как     принципы,     определяющие целостность и уникальность данного типа культуры, характер организации экономической и политической жизни, способ бытия мифа и            религии,   стилевые   особенности   искусства,   статус   философии, располагает их в порядке, задаваемом логикой движения от предельно опосредованного влияния на познание (аксиоматика культуры в целом) к непосредственному воздействию на процесс складывания научно- рационалистической парадигмы в познании (философия).

 

* Именно единство отмеченных сущностных черт науки позволяет отличить ее от таких форм познания, как магия, религия, искусство, философия.