Название: Архитектурно-историческая среда (Б. Е. Сотников)

Жанр: Строительный

Просмотров: 1601


6.1. исторически сложившиеся типы застройки

 

Основными образующими ансамблевыми элементами в русских го-

 

родах были кремли и монастыри.

 

Кремль – центральная укрепленная часть русских городов, обычно расположенная на высоком месте и обнесенная стенами с башнями. Происхождение названия «Кремль» до сих пор остается невыясненным. Существует несколько версий: от греческого слова «крепость»; от грече- ского слова «кримнос», т. е. крутизна; от слова «кремь» – хвойное дерево (особенно крепкое как строительный материал). В первый раз упоминает- ся в летописи под 1331 как «кремник». Первоначально кремли строились земляные и деревянные, позже – каменные и кирпичные. В кремле обычно находились: дворец князя, собор, присутственные места, дворы бояр. Планировка кремля диктовалась рельефом местности; количество и форма башен и расстояние между ними – военно-оборонительными соображе- ниями. В башнях и в стенах устраивались бойницы, над стенами – навес- ные стрельницы. Стены часто окружались рвом. Замечательным образцом кремля является Кремль Московский. Широкое строительство каменных кремлей (возведение новых, завершение ранее начатого строительства, замена деревянных кремлей каменными) велось в XVI – XVII вв. в Ниж- нем Новгороде, Пскове, Туле, Коломне, Зарайске, Казани, Ростове, Смо- ленске, Серпухове, Астрахани и др. При перепланировке русских городов во 2-й пол. XVIII и 1-й четв. XIX вв. кремли, утратившие стратегический

характер, были включены в городские комплексы как административные центры и историко-художественные ансамбли.

Монастырь – общины монахов (мужские монастыри) или монахинь (женские монастыри), принимающие единые правила жизни (устав). Пер- вые христианские монастыри, появившиеся в IV – VI вв. в Северной Аф- рике и на Ближнем Востоке, носили суровый крепостной характер. Они были окружены мощными стенами и включали храмы (трехнефные бази- лики), помещения для жилья, трапезы, чтения. Православные монастыри Византии, балканских стран, Руси, Армении имели более свободную и разнообразную планировку, складывавшуюся иногда в течение веков (мо- настырь Хора в Константинополе, V–XV вв., монастырские комплексы на Афоне, X–XI вв., в Метеоре XIV–XVIII вв. в Греции). Комплекс окружали стены с башнями; вдоль стен располагались кельи, в центре – собор, тра- пезная, колокольня, колодец. В Каппадокии, на Балканах, в Закавказье из- вестны пещерные монастыри, (Давид Гареджа, Герард). Живописные ар- хитектурные ансамбли представляют собой русские монастыри. При их основании и расширении учитывалось расположение (при слиянии рек, у озера, на острове), природное окружение, характер рельефа, что органич- но связывало комплекс с ландшафтом. Оборонные функции монастырей определили мощь крепостных стен с башнями (Троице-Сергиева лавра, Кирилло-Белозерский монастырь и др.). Построенные вокруг городов или в их черте русские монастыри образовывали оборонительную линию и яв- лялись узлами городской планировки (Донской монастырь, Новодевичий монастырь). Архитектурные формы русских монастырей до сер. XVI в. были строгими, лаконичными, а в кон. XVII в. обогатились красочным узорочьем. В период Возрождения и барокко монастыри потеряли крепо- стное значение. Вместо них появились парадные ансамбли монастырей- дворцов, построенных компактно, по единому плану (Эскориал, Смоль- ный монастырь в Санкт-Петербурге). В ХХ вв. новые монастыри строятся редко и не играют значительной роли в застройке города.

Организация архитектурно-пространственной композиции русских средневековых  монастырей  никогда  не  носила  случайного  характера.

Наши предки придавали довольно большое значение тому, где и как воз- водить любые архитектурные объекты. Пространство было наполнено особым, сакральным, смыслом, в нем не могло быть случайных архитек- турных воплощений, и формирование монастырского комплекса было подчинено определенному канону. Канон начал складываться в V–VI вв., когда за сакрально-композиционную основу общежительных монастырей (киновий) был взят «четвероугольник» Небесного Града Иерусалима, опи- санного в «Откровении святого Иоанна Богослова» (Откр., 21). Представ- ление о монастыре как образе Царствия Небесного, явленного на земле, способствовало дальнейшему распространению и закреплению четырех- угольника как архитектурно-пространственной основы православных оби- телей. Идеал четырехугольного пространства, обнесенного стеной с воро- тами на все стороны света, в центре которого устроен храм – жилище Бо- га, был перенесен и на христианизируемую Русь. Лишь в XVI-XVII вв. ор- ганизация монастырского пространства на Руси приобретает усложнен- ную пятиугольную (ромбическую) или же «резную» конфигурацию, что зачастую обуславливалось рельефом местности при строительстве камен- ных стен.

Другой принцип, легший в основу архитектурно-композиционной планировки монашеских обителей – теоцентричность, особенно характер- ный для периода средневековья. В центре мироздания – Бог (Творец), в центре монастыря – храм (Божественная Литургия). Вокруг центра иерар- хически группируются различные сферы жизни. В монастыре последова- тельность сфер была примерно следующей: собор – трапезный храм – ке- льи, отдельно хозяйственные постройки и службы как внутри монастыр- ских стен, так и снаружи, в зависимости от их значимости. Поэтому сред- невековый монастырский комплекс в архитектурно-пространственном от- ношении представлял собой сложный организм, основные части которого были связаны друг с другом идейно-символически, функционально и ком- позиционно. Универсальность средневековой модели мироздания повлия- ла на то, что концентричность построения монастырских ансамблей дли- тельное время строго соблюдалась. Благодаря этому пространственная ор-

ганизация древнерусских монастырей отличалась единообразием и общ- ностью основных принципов, по крайней мере с XIV по XVII век, хотя ре- альная жизнь привносила некоторые изменения, создавая неподражаемый архитектурный образ каждого отдельного монастыря. Рассмотрим общие принципы этой модели. Место для будущего монастыря выбиралось по- степенно и тщательно. Монахи-основатели нередко долго ходили по ве- сям и лесам, пока, наконец, не обретали то заветное место, где сердце их успокаивалось. Определившись с местом молитвенного уединенного под- вига, монах ставил деревянную келью и срубал часовню. Когда вокруг подвижника собирались близкие по духу единомышленники, принималось решение о строительстве церкви. Первые строения монастыря были дере- вянными – и кельи, и часовня, и церковь, и ограда. И только со временем, когда количество монастырской братии увеличивалось, разрешались фор- мальности, связанные с вопросами собственности на землю, от правящего архиерея получалось благословение на устроение монастыря. В новообра- зованной обители, если позволяли средства, приступали к строительству главного собора из камня. Нередко в обителях довольно долгое время ка- менными были лишь главные соборы монастыря, а остальные сооружения монастырского комплекса оставались деревянными.

Территория внутри монастырской ограды считалась священной и предназначалась только для «ангельского чина» – монашествующих. Входили в монастырь через главные – Святые или Красные врата, ориен- тированные на главный монастырский собор. Как правило, над ними рас- полагалась надвратная церковь или часовня. Часто Святые врата расписы- вали фресками, размышляя над содержанием которых, человек должен был проникнуться пониманием того, куда и зачем он идет. Таким образом, уже у монастырских стен, приходящий должен был вспомнить о Небес- ном Иерусалиме, месте своего будущего обитания. Здесь же, за пределами монастырских стен, располагались гостиница для паломников, гостиный двор (предназначался для гостей, приезжавших на монастырские ярмар- ки), «двор служен» (для слуг и работников монастыря), некоторые виды хозяйственных (внешних) служб, которые осуществлялись монастырски-

ми работниками (шваленный, житный, санный и скотные дворы, мельни- цы (мельничный комплекс) и прочие внешние службы). Таким образом, монастырская стена изначально воспринималась и понималась как ограж- дение обители от грешного, земного мира, и лишь жизненные реалии (не- благожелательность населения, войны) сужали этот смысл до оградитель- но-защитных функций. В большинстве монастырских ансамблей почетное центральное место занимал главный (холодный) собор, посвящение кото- рого давало имя всей обители. Его главенство подчеркивалось особо тор- жественной архитектурой, размерами, формой завершения, размерами, количеством и качеством (позолоченные) крестов. К нему непосредствен- но примыкала площадь, вокруг которой по функциональному признаку группировались основные сооружения монастыря, образовывая четкую иерархическую систему. Так рядом с главным храмом всегда находилась теплая церковь и трапезная (единый комплекс), поскольку монастырская трапеза понимается как часть и продолжение богослужения. Трапезные постройки представляли собой отдельный комплекс и состояли из самой трапезной палаты, поварни, хлебни, пекарни, ледников, сушила, погреба, амбаров. Монастырские трапезные постройки могли состоять как из одно- го многоэтажного, так и из отдельных одноэтажных и двухэтажных кор- пусов, которые являлись функциональной частью всего трапезного ком- плекса. К западу от главного собора ставили колокольню или звонницу. Монашеские кельи строили полукругом с восточной стороны от храмов, так чтобы монах в оконце своей кельи мог видеть храм и его святой ал- тарь. Лишь к XVII в. братские кельи начали располагаться по периметру монастырской ограды. В монастыре имелась так называемая казенная па- лата, которая предназначалась для хранения казны, икон, риз, жалованных грамот, приходно-расходных книг и «рухляди» (одежды, посуды и проч.). Однако в монастырях здесь нередко хранили хлеб и крупу, которые цени- лись на вес золота. Книжная палатка использовалась для хранения мона- стырских книг. Башни монастырских стен тоже не пустовали: в них рас- полагались различные службы, например, свиточная, оружейная, кузнеч- ная, мережная, сторожевая. Традиционно в монастырях устраивали боль-

ницы, в которых проживали больные и немощные старцы. При больнице выстраивалась церковь. Однако в крупных монастырях больничный кор- пус мог стать отдельным комплексом со своим храмом, трапезной и по- гребами. Еще одной неотъемлемой частью любого монастырского ком- плекса является монашеское кладбище – последнее земное пристанище. Обычно братское кладбище (некрополь) располагалось непосредственно в пределах монастырских стен, но могло возникнуть и в специально отве- денном для этого месте [17].